Дмитрий СЕРОВ - Заведующий отделом, Одесский филиал Национального института стратегических исследований

Выступление на международной научно-практической конференции “МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ЧЕРНОМОРСКОМ РЕГИОНЕ И ВОЗМОЖНЫЕ ВЫЗОВЫ МОРСКОГО ТЕРРОРИЗМА”, 19-20 октября 2004 года, Севастополь, Украина

Морские стратегии ведущих держав, в том числе и Причерноморских, медленно адаптируются к растущей угрозе международного терроризма. Иначе и не могло быть, так как сотрудничество и противостояние на морях имеет давние традиции, отработанные схемы и построено на очень сложной системе экономических, политических и военных отношений.

Международный центр изучения проблем терроризма в Шотландии (Глазго) отмечает в специальном докладе: «Если наземные и воздушные средства вооруженной борьбы после «холодной войны» были переориентированы на действия против менее глобальных угроз, то в области морского оружия никаких метаморфоз не произошло. Его нацеленность на крупномасштабные операции позволяют террористам успешно действовать в акватории Мирового океана».

С географической (а точнее с геополитической) точки зрения Черное Море является “полузакрытым”, что, в соответствии с международным правом, определяется как окруженное двумя, или больше странами, и связанное с Мировым океаном узким проливом. Воды Черного моря омывают территорию шести стран – Болгарии, Грузии, Румынии, Российской Федерации, Турции и Украины. Характеризуя Черноморский регион в целом, необходимо отметить принадлежность составляющих его стран (за исключением Турции), к постсоветскому или постсоциалистическому пространству. Сегодня эти страны переживают почти одинаковые “болезни”, которые возникают после разрушения сложившейся системы безопасности. Здесь мы коснемся антитеррористических аспектов главного «треугольника силы» в бассейне: Украины, России, Турции, с акцентом на украинскую сторону.

Вместе с тем, перспективы региона зависят от наличия в нем двух мощных в военно-политическом и экономическом отношении стран – Турции и России, историческое соперничество которых в определенной мере отражается на многосторонних связях между черноморскими государствами. Следует также подчеркнуть, что сам Черноморско-каспийский регион находится в конфликтогенном окружении. С одной стороны, он граничит с Балканами и Кавказом, с их далеко нерешенными межэтническими и социально-экономическими проблемами, а с другой – с Ближним Востоком, где на глазах обостряется ситуация в Ираке.

Важно, что и для США Черноморско-Каспийский регион приобретает принципиально новое значение в процессах глобализации борьбы с терроризмом и вызовами для евроатлантической безопасности, а формирование региональных систем безопасности и сотрудничества становится одним из приоритетных направлений политики Вашингтона в этом районе. Его проблемы выделены американской администрацией в отдельное направление внешней политики. Были созданы специальный отдел по региону и целевая группа в составе Совета национальной безопасности при президенте США.

Сегодня все причерноморские государства задействованы в международных антитеррористических операциях и входят с точки зрения исламистов в так называемую «область войны». Морской терроризм сегодня уже не является виртуальной угрозой, конкретные его проявления неоднократно имели место, когда объектами его становились военные и гражданские суда. В 1985 году был захват итальянского пассажирского лайнера «Акилле Лауро», в 2000 году в Йемене –атака на американский военный корабль «Коул». Успех шахидов в Адене вызвал немалый энтузиазм у других террористических групп. Вскоре два катера со смертниками из организации «Тигры Тамил Илама» врезались в пассажирские паромы Шри Ланки. При этом погибло более 400 человек. Через две недели боевики ХАМАС атаковали израильский ракетный корабль, и не уничтожили его только из-за преждевременной детонации заряда. Список такого рода атак содержит десятки наименований судов всех классов.[1]

В последние 5 – 6 лет морские террористы все чаще применяют тактику и средства японских камикадзе времен Второй мировой войны. К таким средствам относятся человеко-торпеды и взрывающиеся катера. В преобразованном виде они состоят на вооружении исламских шахидов. Но и кроме них, такие средства имеют место в практике колумбийских террористов (группы FARC), ланкийских партизан организации «Тигры Тамил Илама», баскских ЕТА и филиппинских морских диверсантов. Сегодня в их число входят дельтапланы и планеры, легкомоторные самолеты и вертолеты. Такие средства в последнем десятилетии прошли боевую проверку в Красном, Аравийском морях, и в Южной Атлантике.

Борьба с морским терроризмом имеет достаточно широкую международную законодательную базу. Это – ряд резолюций конвенций и протоколов ООН, в т.ч. «Протокол о пресечении незаконных действий против безопасности морского судоходства»; Конвенция ИМО о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства 1988 года. Цель ее – обеспечить принятие соответствующих мер по отношению к лицам, совершавшим незаконные действия против безопасности судна: захват судна силой, акты насилия против людей, находящихся на борту и др.; Протокол ИМО по пресечению незаконных действий против неподвижных объектов 1958 года. Направлен против преступлений, совершаемых на стационарных платформах, занятых разработкой месторождений нефти и газа.[2] Среди национальных законов причерноморских стран отметим: Закон Украины о борьбе с терроризмом 2003г.; Закон РФ о борьбе с терроризмом 1998 г. и т.д.

Атака террористов против США в 2001 году заставила международное сообщество ужесточить превентивные меры по обеспечению безопасности людей, судов и портов во всем мире. С 1 июля 2004г. начал действовать Международный кодекс защиты судов и портовых сооружений – Кодекс ОСПС.[3] Выполнение его предписаний возможно только при том условии, что Украина проведет комплекс мероприятий, связанных с формированием антитеррористической службы – службы безопасности мореплавания и морехозяйственного комплекса в Украине.

Для защиты от террористов в Кодексе ОСПС указывается единственное материальное средство охраны – судовая сигнально-предупредительная система. В настоящее время общепринята нецелесообразность нахождения оружия на судах.[4] Т.е. угрозы для судна и людей должны устраняться преимущественно через систему управления, а не с помощью оружия.

Суда очень уязвимы в отношении доставки и размещения взрывных и зажигательных устройств, которые могут попасть на борт следующими путями: в принадлежащих пассажирам автомобилях, в неверно задекларированных грузах, принесенными на борт пассажирами или оставленными в предыдущем рейсе; в багаже, находящемся на трейлере или автобусе, в судовых запасах; почтовых отправлениях; принесенными на борт почтовыми работниками и т.д.[5]

На V региональном симпозиуме командующих ВМС стран Средиземного и Черного морей в Венеции 12-15 октября 2004г. обсуждались вопросы безопасности морских соединений в Средиземном и Черном морях, а также было проанализировано современное состояние сотрудничества и пути его дальнейшего развития. Во время встречи рассматривался вопрос участия Военно-Морских Сил Украины в учениях стран-членов и партнеров НАТО "Active Endeavour" ("Активные усилия"), проведение которых запланировано в следующем году в Средиземном море.[6] В мероприятии приняли участие командующие военно-морских сил стран Средиземноморского и Черноморского регионов, представители НАТО, ОБСЕ.[7] Украину на симпозиуме представлял Главнокомандующий Военно-Морских Сил ВС Украины вице-адмирал Игорь Князь. Он заявил, что Украина и в дальнейшем активно будет выступать за провозглашение Черного моря зоной мира, свободной от ядерного оружия. Украина рассматривает военно-морское сотрудничество между флотами стран Средиземного и Черного морей как фактор безопасности в регионе... По мнению Главнокомандующего Украинского флота, военно-морское сотрудничество является важной частью процесса углубления взаимного доверия и стабильности, а деятельность объединения ВМС причерноморских стран «Blackseafor», в котором принимают участие и Военно-Морские Силы Украины, является практическим вкладом в усилия, направленные на поддержание регионального сотрудничества на Черном море.

«Активные усилия» как антитеррористическая операция, началась после 11 сентября 2001 года. В ее цели входит контролирование торгового судоходства в Средиземном море, предотвращение распространению ОМУ и борьба с терроризмом. За время проведения операции военные корабли НАТО остановили для проверки 41 тысячу грузовых судов. На 47 из них был проведен тщательный досмотр.[8] Украина и Россия уже заявили о своем присоединении к операции "Активные усилия".

Глава МО РФ С. Иванов уже заявил об участии кораблей Черноморского флота в операции НАТО «Активные усилия».[9] Такое решение было озвучено им 28 июня 2004 года в Стамбуле во время встречи министров иностранных дел Совета Россия – НАТО. Тогда же в Стамбуле на заседании комиссии "Украина-НАТО", Леонид Кучма заявил, что Украина выступает за повышение существующего уровня отношений с НАТО. Л. Кучма также сказал следующее: "Сегодняшнее заседание должно дать важный импульс дальнейшему расширению нашего практического сотрудничества, определению новых направлений сотрудничества". Одним из направлений такого сотрудничества Президент назвал присоединение Украины к операции "Активные усилия" в Средиземном море, который проводится в рамках ст. 5 Североатлантического договора. Л. Кучма также отметил настроенность Украины продолжить сотрудничество с НАТО в общих проектах, которые уже доказали свою успеваемость.[10]

Существует мнение, что угроза морского терроризма в Черном море преувеличена, поскольку Черное море маленькое и закрытое. Потенциальные террористы в нем будут как в западне. Сегодня это так, но возможны варианты. Такой факт с захватом российского парома в 1996 году уже был. В рассмотрении этого вопроса важно определить вероятные направления ударов террористических групп, учитывая известную практику международного терроризма. Наиболее привлекательными и уязвимыми являются места массового скопления людей, чтобы теракт был сопряжен с колоссальными жертвами граждан. Такими местами являются, прежде всего, морвокзалы и порты, принимающие крупные пассажирские суда. Поэтому борьба с морским терроризмом должна быть организована, прежде всего, на берегу.

Можно отметить, что Турция, раньше других стран региона столкнувшаяся с терроризмом, такую проблему предусматривает. Среди задач военно-морских сил Турции в мирное и военное время – сотрудничество с союзными силами и надгосударственными организациями с целью противостояния терроризму, контрабанде наркотических веществ, участие в соответствующих международных операциях и пр.[11]

В российской морской доктрине отсутствуют разделы, где бы имелось прямое упоминание или положения об антитеррористической деятельности. Так, ее подраздел «обеспечение безопасности морской деятельности” включает безопасность мореплавания, поиск и спасание на море, защиту и сохранение морской среды. Морская доктрина раскрывает понятия, связанные с морской деятельностью, определяет национальные интересы в Мировом океане, содержит директивы по реализации национальной морской политики и обобщенные критерии ее эффективности.

Цели национальной морской политики РФ заключаются в реализации и защите интересов в Мировом океане и укреплении позиции Российской Федерации среди ведущих морских держав. Защита территории Российской Федерации с морских направлений, защита и охрана Государственной границы Российской Федерации на море и в воздушном пространстве над ним.

По мнению заместителя начальника Главного штаба ВМФ России вице-адмирала Александра Побожия назрела необходимость срочной разработки национальных законопроектов и международных правовых актов, позволяющих военно-морским силам, и в частности ВМФ России, ведение операций против террористов, действующих на море. "После 11 сентября стало окончательно ясно, что в мире возникло новое явление - терроризм, и в частности морской терроризм, который ставит под угрозу безопасность государств и их интересы на морских пространствах. Это требует разработки скорейших мер противодействия террористической активности на море", - сказал вице-адмирал.[12]

В этом году Россия и США наметили проведение крупных совместных военно-морских учений, предусматривающих, в частности, взаимодействие против террористических угроз России, США и другим странам мира.

В начале октября российские сторожевые корабли "Неустрашимый" и "Пылкий" заступят на боевое патрулирование согласно программе Инициатива по безопасности в области распространения "ИБОР" по взаимодействию с мировым сообществом по противодействию международному терроризму. Программа создана по инициативе президента США Джорджа Буша. Согласно ей, значительно ужесточаются меры к воздушным и морским судам, которые подозреваются в перевозке оружия массового поражения и даже его отдельных компонентов. К данной программе Россия присоединилась в июне этого года на саммите "большой восьмерки" в США.[13]

Многочисленные выступления в печати, дискуссии специалистов, активная законотворческая и нормативная деятельность законодательных и правительственных структур свидетельствуют о том, что вопрос будущего Украины как морского государства становится все более актуальными. На взгляд авторов, наиболее разносторонним и сбалансированным программным документом, который претендует на концептуальную основу морской стратегии страны, есть Морская доктрина Украины, предложенная Украинской морской партией. На базе этой доктрины партия планирует создать ряд соответствующих законопроектов.

Следует подчеркнуть, что концептуальная проработка военно-морской стратегии в государственных документах далеко опередила военно-технические, финансово-экономические, социальные, кадровые и прочие составляющие. Концепция национальной безопасности, Военная доктрина Украины, Государственная программа реформирования и развития Вооруженных Сил Украины на период до 2005 года, Государственная программа сотрудничества Украины с НАТО на 2001-2004 годы, Государственная программа развития вооружения и военной техники на период до 2010 года, Государственная программа перехода Вооруженных Сил Украины к комплектованию военнослужащими, которые проходят военную службу по контракту – вот далеко не полный перечень основных документов, которые непосредственно касаются обеспечения морской стратегии страны.

В соответствии с положениями этих документов в структурной перестройке ВМС Украины основное внимание сосредоточено на обретении ими многофункциональности и многовариантности в применении. В составе ВМС, кроме формирования эскадры разнородных сил, которая будет составлять основной потенциал корабельной группировки, предусмотрено создать оперативно-тактическое объединение – Войска береговой охраны.

Кроме того, планируется создание новых функциональных структур, в частности Объединенных сил быстрого реагирования с личным составом около 30 тысяч. Это формирование будет иметь сухопутный, воздушный и морской компоненты.[14] Морская стратегия в широком смысле имеет в виду обеспечения экономических и политических интересов страны не только во внутренних водах.

Существуют разные мнения на этот счет. Некоторые специалисты считают достаточным обеспечение морских интересов страны в Черном море. Существует и альтернативная мысль о необходимости такого военно-морского флота, который бы, кроме охраны рубежей, был способный предохранять торговые морские пути,[15] так как факты пиратских нападений на наши суда, например, близ берегов Сомали, попытки марокканской власти загнать наши рыболовецкие суда в свои порты имели и имеют место.

Такой же позиции придерживается группа авторов, которые представили проект Морской доктрины от Украинской морской партии. Среди целей морской политики государства они выделяют «обладание необходимым военно-морским потенциалом и его эффективное использование…для силовой поддержки морской деятельности государства».[16]

Надо отметить, что если Россия и Турция – на разных полюсах, то Украина,

как всегда, находится где-то посредине, ближе к России. Еще предстоит сложный процесс согласования интересов, например, в связи с тем, что Украина не имеет полного суверенитета в своих военных портах.

Страны региона имеют в нем собственные интересы, зачастую противоречащие друг другу. Это проявилось, например, в приговоре турецких властей по отношению к чеченским террористам, захватившим российский паром «Аврасия» в 1996 году.

Наибольшее напряжение в Черноморском регионе предположительно может возникать по линиям: Россия - НАТО (США); Россия - Турция; Россия - Грузия; Россия - Украина (Тузла в качестве примера). Одна из причин напряжения – пути транспортирования каспийской, в особенности российской нефти. Турция выступает против транспортирования российской нефти танкерами из Одессы.

По мнению некоторых исследователей, если начнутся танкерные нефтеперевозки по маршруту Супса (побережье Грузии) – Одесса для дальнейшего транспортирования каспийской нефти за маршрутом Одесса - Броды - Гданьск, то возникнет необходимость серьезного контроля этих путей транспортировки нефти.

Среди внешних угроз Военная доктрина Украины обозначила: военно-политическую нестабильность и конфликты в соседних странах, международный терроризм, распространение незаконного обращения оружия, боеприпасов и взрывных веществ. Одновременно с утвержденной указом президента Украины новой Военной доктриной, продолжает действовать Военная доктрина 1993 года, которая не предусматривала интеграции Украины в какие-либо военно-политические блоки, а также не рассматривала в качестве источника опасности рост незаконного оборота оружия и наркотиков, проявления международного терроризма, распространение экстремистских, сепаратистских и радикальных религиозных организаций. Президент Украины поручил правительству устранить данные разногласия в национальном законодательстве.

Если говорить о проблеме применения вооруженных сил против террористических угроз, то нельзя обойти факт, на который указывают исследователи – размытость понятия «международный терроризм». Это социальное явление, против которого до сих пор нет эффективного противоядия. Применение военной силы, особенно флота, против него чаще всего невозможно, если концептуально и организационно не реформировать военно-морскую политику черноморских стран адекватно реальным террористическим угрозам.

Проблема борьбы с морским терроризмом в регионе стала предметом и теоретической, и практической работы. Однако концептуальная проработка системы коллективной антитеррористичекой безопасности еще не завершена на национальном уровне в странах черноморского бассейна. Созданы элементы системы взаимодействия морских организаций и сил для быстрого реагирования на угрозу или факт террористического нападения в любой точке черноморского бассейна (международная организация «Blackseafor», проведение совместных учений в рамках программы «Партнерство ради мира», «Активные усилия»). Но это еще не окончательно сложившаяся система, блокирующая возможности морского терроризма. Кроме того, для Украины ключевой момент создания такой системы – это более высокий уровень взаимодействия украинских и российских ведомств и флотов.

СCЫЛКИ:

1. Петров В. Пираты XXI века //http://www.iamik.ru/14670.html (30.03.2004) [11.10. 2004].

2. Кодекс ОСПЗ у запитаннях і відповідях. – Одеса: Астропринт, 2003. – С .188.

3. Миндаугас Милинис.В Клайпедском порту путь терроризму пресечен \Jura-Море-Sea. – 2004. - №4.

4. Торский В.Г., Топалов В.П., Любченко В.И. Кодекс ОСПС в вопросах и ответах. – Одесса: Астропринт, 2003. – С.43.

5. Кодекс ОСПЗ у запитаннях і відповідях. – Одеса: Астропринт, 2003. – С.54.

6. 12-15 октября в Венеции пройдет V региональный симпозиум командующих ВМС стран Средиземного и Черного морей //http://www.liga.net/news/ show/?id=124083. [12.10.2004].

7. "Україна виступає за проголошення Чорного моря зоною миру", - наголосив Головокомандувач Військово-Морських Сил Зс України віце-адмірал Ігор Князь, виступаючи перед своїми колегами з чорноморських та середземноморських країн // http://www.mil.gov.ua/ index.php?lang=ua∂= news⊂ =read&id=4388 (15-10-2004).

8. Пасякин В., Лященко А. Флот ждут походы. - Красная звезда. – 2004. - 27 июля.

9. Министр обороны Сергей Иванов предложил направить три российских корабля в Средиземное море для совместного патрулирования акватории в рамках операции НАТО "Активные усилия" // http://www.rg.ru/ 2004/06/30/ flot-anons.html

10. Украина выступает за повышение уровня отношений с НАТО// http://www.amb-ucraina.com/NotiziedallUcraina/ Ucraino/2906_11.30.htm

11. Mission Of The Turkish Naval Forces // http://www.dzkk.tsk.mil.tr/English/Gorevi.asp.

12. Алексеев Ю. Морское право как путь к инвестициям? // Страна.Ru.- 26.06.02. [12.10.04]

13. Бабакин А. Флот стареет, но пока не сдается. – Независимое военное обозрение. – 2004. – 1 октября.

14. Шкідченко В. П. Основні засади воєнної політики. Напрямки та шляхи реформування і розвитку збройних сил України // Стратегічна панорама. – 2003. - №1. - С. 156.

15. Кравцевич-Рожнецький В. Морській славі України 510 років // Дзеркало тижня. – 2002. – 20-26 квітня.

16. Кивалов С. В. Какой мы видим морскую доктрину Украины // Альманах Киевской городской Ассоциации ветеранов-подводников. – 2002. - № 1. - С. 9.

Дмитрий Серов

Share in social media



Our partners